пятница, 11 января 2013 г.

Книги о Монголии. Цеденбал и Филатова.

Еще прошлой весной я купила в местном дэлгуре книгу Шинкарева Л.И. «Цеденбал и Филатова: Любовь. Власть. Трагедия.» Это документальное повествование о судьбе руководителя Монголии 1940-1980-х гг. Ю.Цеденбала и его русской жены А.И.Филатовой основано на письмах, дневниках, воспоминаниях его героев, свидетельствах современников, а также на архивных материалах и личных впечатлениях автора.

Для историков, наверно, больший интерес представляют документальные материалы, приведенные в книге, конкретные исторические факты, но мне показался интересным также философский и духовный аспект книги.
Вот как автор пишет о традиции иносказательной речи монголов (цитата из книги):
Цеденбал и Настя очень редко бывали у коллег мужа, в многодетных монгольских семьях. Из уважения к гостье все старались говорить пусть на ломаном, но все же на понятном ей русском языке. Она прислушивалась к разговору, раздражаясь тем, что серьезные, как ей казалось, люди, впадают в какое-то детство, говорят о степных цветах, о красках осеннего неба, о крепости рогов горного барана, о всяких пустяках, не имеющих никакого отношения к государственным делам или к политике. А по пути домой Цеденбал, словно в насмешку, как будто издеваясь, скажет ей, как хорошо они обсудили проект постановления, которое завтра будет опубликовано. Традиция иносказательной речи была для нее нова и непонятна. Невинный для посторонних разговор об отвлеченных, казалось бы, предметах для азиатов, оказывается, содержит конкретный смысл: согласие, сомнение, отказ. Многое подразумевается, не будучи названым напрямую. Слыша слова, не имеющие отношения к обсуждаемому предмету, люди по движению глаз, тембру голоса, положению тела и рук прекрасно прочитывают суждения и оценки. Они могут говорить о природе, но лексикой из этой сферы сообщить такое, о чем посторонний человек никогда не догадается. Кодированный язык – элемент их традиционной культуры, их наследие, голос предков.
Но еще больше ее выводила из себя, заставляла сдерживаться, неприятная манера монголов – не раздумывая, моментально соглашаться со всем, что говорит гость. И если ты серое назовешь зеленым или круглое – квадратным, хозяева с готовностью, даже с радостью тебя поддержат. Ну конечно, серое – это зеленое! И как они сами не рассмотрели в круге очевидный квадрат?
Муж понимающе улыбался. Хотя он сам давно оторван от кочевой жизни и молодые годы, самые открытые для восприятия, провел в чужой культурной среде, в нем сохранилось понимание степной этики, ее неписаных законов, которым не учат, но они входят в монгола, в азиата вообще, с молоком матери. Один из главных законов – не перечить гостю, быстро с ним соглашаться, какую бы чепуху он ни нес, потому что нет в степи большей ценности, чем знать, что гость уходит, довольный разговором с тобой. И даже когда можно возразить, когда ему известно что-то доподлинно, хозяин ничего не будет утверждать, но, следуя традиционной этике, из того же уважения к гостю, может позволить себе сказать робко, заранее извиняясь: «Наверно, я ошибаюсь, но мне почему-то кажется…» Это не хитрость, не высокомерие, не чрезмерная гордость, а только сильнейший контроль над своими чувствами. Этикет азиатских народов, идущий из глубины веков: не подавлять других своим знанием, не выпячивать осведомленность, даже если случайные люди твою застенчивую манеру примут за тупость.

Или вот другой отрывок из книги, про думы арата:
Хозяин сидит и думает. Впереди зима, ее надо пережить. Внезапно возникающие бури прикатывают травы к щебню, мир погружается во тьму, животные с забитыми снегом глазами послушны только ветру, который несет их куда хочет. Пастухи по три дня в седле, только бы отворотить скот от покрытой льдом речки или от спрятанного под ледяной коркой болота, гарцуют с гиком вокруг стада, пока не пригонят обессиленный скот в укрытие – в горы или в глубокий овраг.
Драматические ситуации называют дзудом. Занесло землю большим снегом, не достать до сухих прошлогодних трав – белый дзуд. Снег выметен ветром, нет нигде влаги, животные падают от жажды, не в силах двигаться – черный дзуд. За снегопадом грянул мороз, покрыл землю ледяным панцирем, не поддающимся копытцам, - железный дзуд… Скотоводу приходится многое пережить за короткую зиму. В урочищах увидишь за оградками памятники пастухам, погибшим при спасении общественного стада.
Есть о чем думать арату в осенние дни. Когда трубка погаснет, он достанет из-под кушака огниво, ударит о кремень стальной пластиной, наглухо прикрепленной к кожаной сумочке с крышкой, украшенной металлическими бляшками, будет резко бить и бить о кремень, пока не задымится разлохмаченный трут.
Мир только кажется расщепленным, на самом деле он взаимосвязан, целостен, вечен. Каждое существо в нем, как травинка в нескончаемой степи: к осени она усыхает, а к лету снова зеленеет, идет в рост, весело колышется на ветрах. Так и люди, и скот, и юрты, и монастыри, и города – у всех свое время умирать и возрождаться в новом обличии. И от осознания не имеющего конца круговращения мира у кочевника в высшей степени поэтическое состояние души.


1 комментарий:

  1. Для современных монгол личность Цэдэнбала представляет собой неоднозначного представление.Цэдэнбал наверху во власти в Монголии сидел 44 года .Сам по себе человек очень мягкий гутаперчитый подкаблучник,любил выпивать а истории его жентьбы на русской Насте не совсем прозрачно и по некоторым монгольским источником этот союз попахивает политическим безвольним решением Цэдэнбала.Факт его политического долголетие при тоталитарной системе авторитарного просоветского соц режима совсем уж не секрет.Как политический деятел Цэдэнбал был никакой,и его мягкотелый гутаперчитый резиновый нров очень нравился кремлевским партийным бонзам из КПСС и поэтой причине он так долго просидел номинально во главе правительство МНР заодно под каблучком своей жены.А жена была властной и очень дейтельной женщиной... До Цэдэнбала Монголией руководили после народной революции несколько по настоящему независимых харизматичных руководителей таких как Сухэбаатар (которого отравили советы через бурятских переводчиков за неугомонный не зависимый харизматичный нров) Данзан Бодоо (тожу быстро кремель устранил их за мелко буржуазный взгляд ,за стремление ввести много полярную политику третьего соседа как сегодня!)Потом уже в 30-х годов примьер министров Амар , Гэндэн, главнокомандующего монгольской нар-армии Дэмид,Примьер министра Х.Чойбалсана за не послущание и за желание провести политику не зависимый от СССР были убиты и отравлены почему то именно на территории СССР.Только после всего этого становится молодой 24 летный послушный мальчик Цэдэнбал на руководящый должности и выполнять все приказание из кремля до буквы.Он каждый день звонил в Москву в кремель по любому мелочному поводу просил совета.Одним словом он спрашивал разрешение воздух испортить иначе он не сиделбы столько лет вверху.а тех примьеров убивали буквально за 2-3 года как только проявлял себя на посту.Сегодня при демократической всеобщей открытой политической платформе Цэдэнбал не смог бы победит никого даже на уровне сомона не то чтобы управлять страной!

    ОтветитьУдалить